Павел Асс
День Чёрной Звезды
Звонок будильника оглушительно загрохотал над ухом. Сергей Ильич, ещё не проснувшись, шмякнул по ненавистному механизму ладонью, будильник обиженно хрюкнул и замолчал.
Сергей Ильич сонно потянулся (аж затрещало!) и неласково заявил неизвестно кому:
— И какой только козел выдумал так рано вставать!
В ответ в недрах платяного шкафа что-то зашуршало, громыхнуло, и мужской голос сдавленно вскрикнул.
Сергей Ильич мгновенно проснулся, вскочил с кровати, натянул старые джинсы и, бросившись к шкафу, дернул дверцы. Из шкафа, тяжело отдуваясь, вылез абсолютно голый человек кавказской национальности.
— Вах! — удивленно замер кавказец, прикрывая срам руками. — Боже, помилуй бедного грузина! Слушай, что случилось? Я где?
Сергей Ильич молчал, пораженный. Как мог чужой человек забраться в его шкаф? Ведь вчера в шкафу никого не было — Сергей Ильич вешал туда костюм. Если это вор, то как он залез ночью на шестой этаж, и почему голый?
— Слушай, — оглядывался по сторонам грузин. — Как такое может быть? Пришел вчера к знакомой женщине, тут звонок! Муж! Залез в шкаф, ночью, думаю, вылезу, случайно заснул, а просыпаюсь, слушай! Прямо у тебя в шкафу! Как попал, не знаешь?
— Не знаю, — ответил Сергей Ильич, осматривая шкаф. Вроде ничего не пропало.
— Я не вор, — на всякий случай сообщил грузин. — Я — Гиви Иванович.
Сергей Ильич с детства был материалистом и не верил в чудеса. Он твердо знал, что летающих тарелок не существует, а все так называемые экстрасенсы — жулики. Но случившееся событие выходило за рамки повседневности.
— Слушай, — стыдливо молвил Гиви Иванович. — Одолжи штаны, а? Я в гостиницу схожу и отдам, а?
— Ладно, — сказал Сергей Ильич, отчаявшись прояснить положение. — Вот штаны и рубашка. Проходите на кухню, я сейчас кофе сварю.
— Спаситель! — возрадовался грузин. — Всю жизнь твой должник буду! Слушай, давай на «ты»?
— Давай.
Сергей Ильич прошел на кухню и поставил чайник.
— Слушай, — Гиви Иванович прошел на кухню. — Тебя как зовут?
— Сергей.
— Серго! У меня у жены брат Серго! Слушай, как я все-таки сюда попал? Ты где живешь?
— Метро Щелковская.
— Вах! Через всю Москву! Слушай, давай твой шкаф посмотрим, может там дырка в шкаф моей женщины?
— Там не было никогда никакой дырки!
— А вдруг появилась?
Они тщательно осмотрели шкаф, Гиви Иванович простучал все стенки и даже проверил, крепко ли приделаны ножки.
— Не понимаю, — сознался он. — Как все-таки меня сюда попало? Может надо внутрь залезть?
Сергей Ильич усмехнулся.
— Хочешь опять в квартиру к ревнивому мужу?
— Не хочу! — загоготал Гиви Иванович.
Чайник задребезжал крышкой.
— Сварилось, — сказал Сергей Ильич, и, насыпав в две чашечки растворимого кофе, залил их кипятком. — Гиви, давай быстрей, я на работу опаздываю.
— Я тебя на такси отвезу! Слушай! Вечером не занят? Приходи в ресторан в гостинице «Украина», с меня коньяк!
Сергей Ильич никуда вечером не собирался, да и в ресторан не так часто можно было сходить на зарплату простого инженера, и потому согласился:
— Коньяк — это хорошо!
— Не просто коньяк, — поднял палец Гиви Иванович, — а фирменный грузинский, прямо из Грузии! Ты такого не пробовал, клянусь своей любимой кепкой!
Быстро допив кофе, они выскочили на улицу, Гиви Иванович поймал такси и довез Сергея до Семеновской, где находилась учреждение, в котором тот работал.
— Часов в семь подъезжай, — сказал грузин, выглядывая из окошка машины, спроси у швейцара про Гиви Ивановича, тебя тут же пропустят! И, знаешь что, свою девушку с собой прихвати! Веселее будет!
— Да у меня нет девушки.
— Вах! Такой молодой, красивый, а девушки нет! Ну, все равно, я буду очень ждать!
Сергей Ильич кивнул и, поглядывая на часы, прошел через проходную своего учреждения и начал подниматься по лестнице.
Вдруг сверху, громыхая башмаками, скатился его давний приятель Вовка, длинный, нескладный парень из их лаборатории.
— Сергей! — радостно закричал Вовка. — Работа отменяется! Горе-то какое! Семен Серафимович под трамвай попал!
Семен Серафимович был начальником их лаборатории.
— Как так? — удивился Сергей Ильич.
— А вот так! — Вовка оживленно жестикулировал. — Идет он, значит, по дороге, вдруг из-за поворота трамвай! А тут как отключат электроэнергию по всему району, трамвай и остановился в двух сантиметрах от нашего любимого руководителя! А с Серафимовичем возьми и обморок случись! Представляешь? Его на скорой в больницу отвезли, а мы всей лабораторией решили его навестить!
— А как же работа?
— Так электричества-то до сих пор нет! Ничего не работает! Ты знаешь, сегодня день такой, особый. День Черной Звезды называется! В этот день всегда творится всякая чертовщина!
— Да, точно, — Сергей Ильич вспомнил своего утреннего гостя.
Сверху по лестнице начали спускаться остальные сотрудники лаборатории.
— Здравствуйте, Сергей Ильич, — здоровались молоденькие лаборантки, стреляя черными глазками в сторону холостого старшего инженера. — Слышали нашу новость?
— Слышал, слышал, — отвечал Сергей Ильич, спускаясь вместе со всеми к выходу.
Они доехали на автобусе до больницы и навестили бедного Семена Серафимовича. Тот сидел в палате и играл с тремя больными в домино.
— А! — обрадовался он при виде своих сослуживцев и тут же обеспокоился, — а почему не на работе?
— Не работает ничего, — объяснил Вовка. — Электричества до сих пор нет!
— И слава Богу, что у нас в стране иногда отключают электричество во всем районе! — выдохнул Семен Серафимович. — Живи я в какой-нибудь капиталистической стране, быть бы мне сейчас разрезанным на две половинки!
— А как ваше самочувствие? — поинтересовались лаборантки.
— Отменно! Только вот врачи не выпускают, говорят, шок, обследовать надо!
— Вы лечитесь как можно тщательнее, — посоветовал Сергей Ильич. — А то, если заболеете, мы без вас будем, как без рук!
— Спасибо, — расчувствовался начальник, пожимая руки своих сотрудников. — Спасибо!
— До свидания, Семен Серафимович! — Сергей Ильич открыл дверь палаты, вышел в коридор и наткнулся на медсестру, которая несла какую-то стойку с пробирками. Медсестра уронила стойку, пробирки с грохотом разлетелись на мелкие кусочки.
— Ох, извините! — воскликнул Сергей Ильич и бросился помогать красивой медсестре собирать остатки, хотя, собственно, собирать было нечего.
— Как же вы так? — укоризненно спросила медсестра.
— Так получилось, — развел руками Сергей Ильич. — Сегодня все не слава Богу! День Черной Звезды! Но я заглажу свою вину, пригласив вас сегодня вечером в ресторан. Хотите?
— Хочу, — согласилась медсестра. — Только надо бы сначала познакомиться!
— Сергей, — представился Сергей Ильич.
— Светлана, — церемонно наклонила голову медсестра.
Вдруг по коридору на них надвинулся толстый врач в халате и заорал на Свету пропитым, прокуренным голосом:
— Разбила! Все мои пробирки разбила!
— Это не она, — спокойно заметил Сергей Ильич. — Это я случайно на нее наткнулся.
— Только с ней могло быть такое, что на нее кто-то наткнулся! — орал врач. — Уволю!
— Ну, и увольняйте! — обиделась девушка. — Козел толстый!
От неожиданного оскорбления врач выкатил глаза, отвесил челюсть и чуть не упал.
— Как? — прохрипел он. — Кто?
— У вас что, слух плохой? — осведомился Сергей Ильич, которого присутствие красивой девушки сделало смелым и остроумным. — Посмотрите в зеркало. Вы — вылитый толстый козел!
— Вы уволены!!! — закричал толстяк девушке. — Вон отсюда!
— Подумаешь, — пожала плечами Света. — Велика потеря — пробирки со всякой гадостью носить!
Она скинула белый халат и бросила его в лицо разгневанному врачу.
— Пойдем, Сережа, — и взяв Сергея Ильича под руку, Света повела его на выход. — Знаешь, чего он так разорался? Переспать со мной хотел, грязно приставал, а я ему заехала промеж ног! Вот он теперь и мстит!
— Мерзавец! — согласился Сергей Ильич.
— А ты где работаешь? — спросила девушка, и он вспомнил про своих, оглянулся и никого не заметил, наверно, все уже уехали.
— А! — махнул рукой Сергей Ильич. — Сегодня у меня выходной! Пошли в кино!
— Пошли!
Кинотеатр «Родина» не работал из-за отсутствия электроэнергии, Сергей Ильич с девушкой поехали в центр. Они сходили в кино, где целовались в темном полупустом зале, потом гуляли по парку Горького, ели мороженое, кормили лебедей и опять же целовались. Ни с одной девушкой Сергею Ильичу никогда не было так легко, как с этой медсестрой, с которой он ещё и дня не был знаком. Наверно, это была любовь с первого взгляда, хотя в такую любовь Сергей Ильич раньше не верил.
А вечером, вдоволь нагулявшись по Москве, они подъехали к гостинице «Украина». Сергей Ильич подошел к стеклянным дверям ресторана, за которыми стоял строгий швейцар с выправкой полковника.
— Я к Гиви Ивановичу! — постучался Сергей Ильич. — Вас должны были предупредить!
— Как же, как же! — обрадовался швейцар, как будто его произвели в генералы. — Гиви Иванович ждет!
Сергей Ильич и Света прошли в зеркальный вестибюль, освещенный многочисленными люстрами. Мягкие ковры приглушали шаги. Девушка остановилась у зеркала, достала из маленькой сумочки губную помаду и подвела без того красные губки.
Из зала выскочил Гиви и радостно закричал:
— Серго! Дорогой! Молодец, что пришел! О! Да ты с девушкой! Вах, какая девушка! Самая красивая в этом ресторане! Да, что я говорю! Самая красивая в Москве!
— Самая красивая в мире, — смеясь, добавил Сергей Ильич.
— А как зовут такую красавицу?
— Света, — смущенно улыбаясь, ответила девушка.
— Вах! Какое светлое имя! Проходите, гости дорогие! У меня тут банкет по поводу моего дня рождения!
— Гиви Иванович, почему не предупредил? — воскликнул Сергей Ильич. — День рождения, а я без подарка!
— Ты меня спас? — спросил Гиви. — Спас. То, что ты пришел — это самый лучший подарок! Проходите!
Они сидели за столом вместе с грузинскими людьми, радовались длинным цветистым тостам, пили коньяк, танцевали. После ресторана Сергей Ильич проводил Светлану до ее дома и, целуясь с ней в ее подъезде, не долго думая, предложил быть его женой.
Потом в самом радужном настроении он долго ехал в метро, ласково улыбаясь незнакомым людям. Выйдя на Щелковской, Сергей Ильич шел к своему дому, вдыхая воздух полной грудью, и ему казалось, что даже дышится по другому, что воздух пахнет не выхлопными газами и пылью, а какими-то неизвестными духами...
Сергей Ильич вошел в квартиру и заметил свет на кухне.
«Надо же! Забыл погасить, — сокрушился он. — Набежало теперь на счетчике рублей пять лишних... А! И черт с ними! Все равно сегодня был отличный день! День Черной Звезды!»
Он прошел в кухню и остановился в изумлении. За столом перед открытой бутылкой «Столичной» и двумя гранеными стаканами сидел его отец. Его умерший два года назад отец.
— Садись, что ли, — сказал отец.
Сергей Ильич присел на край табурета.
— Выпьем, Серега, — отец разлил по стаканам.
И они выпили, посидели молча, ещё выпили. Вспомнили прошлое, попели на два голоса любимые отцовские песни, как в далеком детстве. Потом отец ушел, а Сергей Ильич лежал в своей постели, глядя в потолок, где сходились и расходились трещинки на штукатурке. На душе Сергея Ильича было тепло, как будто ее, душу, закутали в теплый шерстяной шарф. И он думал, как хорошо, что в этом грубом материальном мире все-таки иногда случаются столь необъяснимые, но такие чудесные вещи...

  © PANB.RU