Павел Асс
Ленин и литераторы
Из серии «Ленин жив»

Владимир Ильич шел по московским улицам и ничего не узнавал. За каких-то семьдесят лет Советской власти все так изменилось! И, надо сказать, не в лучшую сторону. Куда делись Арбатские переулки, в которых так хорошо было уходить от хвоста! На их месте теперь катят машины по Калининскому мимо уродливых домов-книг... Как изменилась Тверская, на которой у большевиков было три конспиративных квартиры! Где Никольская, на которой жила знакомая модисточка... Нет, решительно, ничего Ленин не узнавал!
И что самое странное, никто не собирался узнавать самого Владимира Ильича. Люди спешили по своим делам, стояли в очередях, а на Ленина не обращали никакого внимания.
«Ничего не понимаю, — подумал Владимир Ильич. — Ведь на каждом червонце мой портрет, а меня не узнают... За что боролись?»
Около кинотеатра «Художественный» рядом с большим рюкзаком стоял литератор Дамкин, которого Владимир Ильич сразу узнал. Совсем недавно ему попался в «Юности» рассказ этого литератора, антисоветчинкой, скажем прямо, попахивающий рассказ, но написанный живо. Ленин тогда ещё подумал:
«Талант, глыба, но неужели он ничего не знает о моем принципе партийности...»
Там же, в «Юности», была и фотография Дамкина.
— Здгавствуйте, товагищ Дамкин, — поздоровался Ильич, картавя по старой конспиративной привычке.
— Здравствуйте, товарищ Ленин, — весело откликнулся литератор.
— Как! Вы меня узнали?
— Ну, кто же вас не знает! Нам же зарплату червонцами выдают!
— А вот на улицах меня никто не пгизнает, — пожаловался Владимир Ильич.
— Мало, наверно, народ денег получает, вот и не желает признавать. А кроме того, народец-то у нас недоверчивый, — пояснил Дамкин. — Увидел Ленина и не поверил, что это самый настоящий Ленин. У нас на улицах даже Хазанова бы не узнали. Да что там Хазанов! Меня, и то не всегда узнают!
— А, ну, тогда дгугое дело! — успокоился вождь пролетариата. — А я-то уж было подумал, забыл народ про духовные ценности, потерял ориентиры...
— Нет, наш народ не такой! — убежденно молвил Дамкин, оглядываясь по сторонам.
— Точно не такой! — воскликнул Владимир Ильич. — Слушай, Дамкин, а не попить ли нам по этому поводу пивка?
— Да у меня денег нет, — Дамкин вывернул карманы, действительно оказавшиеся пустыми.
— Это не пгоблема, — хлопнул его по плечу Владимир Ильич. — Деньги есть у меня!
— Не проблема, — кивнул Дамкин. — Зато проблема — пива найти. В этой Совдепии все не как у людей. Пол-Москвы надо обегать, прежде чем найдешь пивка. А найдешь — так очередь надо часа на два отстоять!
— Часа на два? — поразился Ленин. — А у нас в Кремле свободно!
— Дык то в Кремле!
— Пойдем в Кремль, — предложил Ленин. — Там и выпьем.
— Не пустят меня в Кремль, — сказал Дамкин, взглянув на свои драные джинсы.
— Да-а, — протянул Ильич, критически оглядывая прикид Дамкина. — Пожалуй, что и не пустят.
— Ну, и фиг с ними! — беспечно ответил Дамкин.
— Тебе-то фиг, а мне выпить не с кем!
— Что ж, в Кремле народу что ли мало?
— Да народу-то хватает. Но хочется с кем-нибудь интеллигентным пообщаться.
— Увы, — развел руками литератор. — Знать не судьба.
— Ну, прощай, Дамкин, — печально молвил Ильич.
— Счастливо, товарищ Ленин.
Глядя уныло в землю, товарищ Ленин ушел в Кремль пить пиво в одиночестве.
А литератор Дамкин наклонился и поправил рюкзак, на что тот отозвался бутылочным звоном.
«Звенит, — подумал довольный Дамкин, которому пришлось обегать пол-Москвы и плодотворно провести два часа в очереди. — «Жигулевское»! Двадцать штук!»
Литератор Дамкин ждал литератора Стрекозова, который отправился искать воблу.

  © PANB.RU