Павел Асс
Попугайчик
За окном, как голодный пес, дико завывал ветер, гоняя стаи снежинок. Федя и Маринка сидели в мягких креслах, пили кофе и смотрели телевизор. Вдруг раздался негромкий стук в оконное стекло.
— Интересная мысль, кто бы это мог быть? — сказала Маринка и глянула в окно. — Ой, попугайчик!
Федя открыл окно, с улицы дыхнуло морозом, а на подоконник вывалился маленький волнистый попугайчик голубого цвета.
— От холода посинел весь, — сказал Маринка с жалостью и, взяв крохотное тельце в ладони, начала обогревать птичку дыханием.
Попугай приоткрыл один глаз и укусил Маринку за палец.
— Жрать хочет, — добродушно сказал Федя. — Интересно, чем питаются попугаи?
— Пшено всякое, просо, — предположила Маринка. — Хлебушка можно покрошить.
Попугаю насыпали пшена, покрошили хлеба, налили воды в блюдечко, но тот только сидел, нахохлившись, и время от времени вздрагивал всем телом.
На следующий день Федя купил на птичьем рынке большую клетку и специальный корм для волнистых попугайчиков.
Попугай отогрелся, стал кушать за троих, начал прыгать по клетке и долбить клювом в зеркало, которое подвесила ему Маринка, оторвав от своей старой пудреницы.
— Как назовем животное? — добродушно поинтересовался Федя.
— Ну... — задумалась Маринка. — Надо придумать что-нибудь красивое, благозвучное, и чтобы в сочетании со словом «хороший» звучало.
— Типа «Федя хороший»? — усмехнулся Федя.
— Феди мне и одного хватает. Вот, скажем, Фрэдди можно назвать в честь Фрэдди Меркьюри.
— А не получится ли в честь Фрэдди Крюгера? Давай лучше Жориком назовем.
— Почему Жориком?
— Ну, смотри, как он лихо жрет! Настоящий Жорик-обжорик.
— Жорик хороший, — опробовала Маринка. — Звучит неплохо.
— Во имя Отца, Сына и Святаго Духа окрещаю тебя Жориком! — провозгласил Федя и побрызгал на попугая водой. — Аминь!
Попугай недовольно отряхнулся и вдруг заявил:
— Чемодан с деньгами! Баксы, баксы! Чер-рдак! Как выйдешь из метр-ро, напр-раво!
— Что он сказал? — опешил Федя.
— Чемодан с баксами, — прошептала пораженная Маринка.
— Доллар-ры! — доверительно сообщил Жорик и начал чистить перышки.
— Повтори ещё раз! — воскликнул Федя.
Жорик презабавно почесал себя лапкой и с презрением глянул на новых хозяев.
— Из метр-ро, пр-рямо по улице, тр-ретий дом, — сказал он. — Дай сухар-рик!
— Пиратский попугай! — с восторгом воскликнула Маринка. — Если его как следует допросить, укажет, где капитан Флинт зарыл свои сокровища!
— Дай сухар-рик! — снова попросил попугай.
Три дня Федя и Маринка записывали все, что выплескивал попугай. Наконец, была составлена карта, как пройти от метро к определенному дому, подняться на чердак и там за трубой найти чемодан с валютой. Вот только название метро попугай упорно не желал сообщать, то ли из вредности, то ли из-за склероза. А когда ему надоедали с расспросами, начинал требовать сухарик!
Федя проверил ближайшую станцию метро, но там не было подходящего дома.
— Где же находится это метро? — стенал Федя. — Жорик, я тебе новую клетку куплю, золотую, только вспомни, родной!
— Дай сухар-рик!
— Что это он на сухариках зациклился? — задумчиво молвила Маринка. — Может, он Сухаревскую имеет ввиду?
— Ты — гений! — Федя расцеловал жену и отправился на Сухаревскую. Там был похожий дом, вход на чердак был закрыт большим ржавым замком, а когда Федя взломал его и залез внутрь, то ничего не нашел, кроме пыли и следов пребывания бомжей.
Разочарованный, Федя вернулся домой.
— Или это не на Сухаревской, или наш клад уже давно кто-то прибрал к рукам, — огорченно сообщил он Маринке.
— Ну, и Бог с ним, с кладом, — махнула она рукой. — Зато у нас попугайчик говорящий, будем его учить говорить «Маринка любит Федю».
— Мар-ринка, — сказал Жорик.
Прошло две недели. Попугайчик постепенно начал забывать свой «пиратский» жаргон, в его лексикон вошли фразы «Жорик хороший», «Мар-ринка лапочка», и вдруг в один из вечеров он выдал:
— Станция Авиамотор-рная! Станция Авиамотор-рная!
Федя даже не сразу понял, к чему это относится, а когда понял, вскочил и заорал:
— Наконец-то!
Они поехали на Авиамоторную вместе с Маринкой, нашли нужный дом, поднялись на чердак. За указанной трубой лежал старый обшарпанный дипломат с рваным боком и отломанными замками.
— Хорош чемодан, — разочарованно произнес Федя.
— А вдруг там бомба? — взволнованно дыша, схватила его за рукав Маринка.
— Про бомбу Жорик ничего не упоминал. Сейчас посмотрим...
Затаив дыхание, они открыли дипломат. В нем было пусто. Лишь листок бумаги белел на дне.
— Уф! — выдохнул Федя. — Так и знал, что обманут!
Маринка двумя пальчиками взяла записку и прочитала:
— Господа кладоискатели! К вам залетел мой попугай Кешка! Прошу вернуть в этот дом, в этот подъезд, квартира 48.
— Вот урод! — выругался Федя. — Не проще ли было попугая научить адрес выговаривать?
— Да уж... — скомкала записку Маринка и засмеялась. Глядя на нее, расхохотался и Федя.
— Хренушки ему, а не нашего попугайчика! — воскликнул он. — У этого идиота какой-то Кешка улетел, а нашего зовут Жориком!
И Федя с Маринкой, взявшись за руки, отправились домой.

  © PANB.RU