Глава одиннадцатая
Профессор назначает свидание Мэри
Гости, приглашенные Арни на вечеринку, разошлись только под утро. Профессор видел, как один за другим от его дома отъезжают автомобили актеров, в фургон залезли мрачные от выпитого бородатые операторы, двое ассистентов с глупыми лицами бережно уложили в «Тойоту» режиссера Стила Спивенберга. Наконец, на лужайке осталась только одна машина спортивной модели. Конечно же, эта штучка принадлежит Барбаре Порни, догадался профессор.
Светало. Пели птички, а из окна второго этажа, там, где находилась холостяцкая спальня профессора, все ещё доносились повизгивания Барби и вздохи Арни. Секс-звезда продолжала развлекаться с Арни.
— Этот робот слишком быстро всему обучается, — проворчал профессор. — Надо же! Все схватывает на лету... Его бы энергию, да в мирных целях...
Профессор продолжал прятаться в своей машине. Жизнь вокруг него просыпалась. На велосипеде проехал почтальон, бросив у двери утренние газеты. Два соседа Арнольда Швацца отправились на утреннюю пробежку, и встретившись недалеко от машины, обменялись своим мнением по поводу «этого грязного сборища» и «недостойного поведения, которого они не ожидали от такого уважаемого профессора Швацца». Профессор с удивлением узнал, что ночью кто-то из его гостей ободрал клумбу тюльпанов у соседа слева, а у правого соседа — сходил «по большому» прямо под дверью. И тот, и другой собирались подать на профессора Швацца в суд.
Было около девяти часов утра, когда из его дома вышли довольные друг другом Арни и Барбара Порни. Кинозвезда, хотя и выглядела несколько утомленной, шла очень быстро и щебетала не переставая. Об Арни и говорить не приходилось — он был свеж как после бани. Они быстро вскочили в машину и уехали, наверное, продолжать развлекаться в другом месте.
Вслед за ними отъехали ещё три машины с репортерами, ранее не замеченные Шваццем. Репортеры оживленно обсуждали события предыдущего дня и ночи, стрекотали видеокамеры, следя за машиной секс-звезды и её нового фаворита.
Профессор вылез из машины и обнаружил, что все кости его болят, а спину он отлежал на выступающих пружинах сиденья своего «Форда». Джек Фондброкер — молодец, вовремя подарил ему машину, жаль, что её украли.
Стараясь, чтобы его не заметили, профессор подошел к дому, поднял газеты, брошенные у двери, и прошел в дом. В гостиной царил полный беспорядок. На полу лежали осколки разбитых фужеров, на столе остались недоеденные объедки и недокуренные окурки, весь пол представлял собой полигон, на котором была разбита коллекция ценного фарфора, словно кто-то играл ею в кегельбан. А ведь этот фарфор Арнольд стал собирать с давних пор, когда в первый раз получил гонорар за свою статью об искусственном интеллекте. Обидно!
Профессор пошел на кухню и сделал себе кофе с коньяком. У него уже не было сил ругаться на своего робота. Но когда он поднялся в спальню и в ужасе закрыл глаза, силы нашлись: погром в спальне превзошел все его ожидания. Недавно купленный диван лежал на боку, из его выпуклого бока торчали блестящие пружины, простыни и подушки были разбросаны по всей комнате, на персидском ковре тлела большая дыра, словно кто-то разводил тут костер.
Ещё раз мрачно выругавшись, профессор погасил окурок, поставил диван на место, вырвал две пружины, чтобы не мешали, и прилег отдохнуть. Он закрыл глаза и почувствовал, что засыпает. Но не тут-то было!
Сначала позвонили несколько его соседей и высказали все нелестное, что они думают о его благопристойности. Профессор, как мог, успокоил их, и записал на салфетке, сколько и кому он должен. Сумма получилась кругленькая!
Потом в трубке появился профессор Фрэнк Паркер.
— Арнольд, ты уже читал утренние газеты?
— Ещё нет.
— Поздравляю. В смысле, я был удивлен. В смысле, как тебе это все удалось? У тебя просто потрясающие способности...
— Ты слишком любезен, Фрэнк, — ответил профессор. — Я тебе перезвоню...
Заинтригованный профессор пролистал утренние газеты. Заголовки гласили:
«Стил Спивенберг зажигает новую звезду на небосклоне Голливуда!», «Профессор корпорации «Био-Робот-Сплав» участвует в съемках фильма!», «Ученому дали роль в эротическом триллере!», «Арнольд Швацц проводит ночь любви с несравненной Барбарой Порни».
Последний заголовок и напечатанное ниже интервью были особенно интересными для профессора.
— Скажите, Барби, хорошо ли вам было с профессором Шваццем? — спрашивал любопытный журналист.
— О, это было что-то необычное! — отвечала Барбара. — Думаю, что зрители согласятся со мной, увидев работу Арни в новом фильме. Стил был просто в восторге, когда увидел его в кадре, я была в восторге, когда провела с ним ночь! Теперь лысеющие, пожилые мужчины, профессора — мой идеал!
— Эх, Барбара, — вздохнул Арнольд Швацц, отложив газету. — Ты мне тоже нравишься, но эта самовлюбленная жестянка с микросхемами стоит между нами...
Профессор принял душ, вышел в комнату и заглотил парочку своих новых пилюль, после чего решительно позвонил Мэри, назначив ей свидание на час дня.
Мэри сразу же согласилась.